Испанский конкистадор. Руководил экспедициями в Южной Америке. Исследовал бассейн реки Магдалена. Открыл страну Эльдорадо. В 1539 году основал город Санта-Фе-де-Богота (теперь столица Колумбии). Гонсало Хименес де Кесада был мало похож на большинство из своих современников-конкистадоров. Да и конкистадором он стал, но сути дела, случайно. Он учился в знаменитом Саламанкском университете крупнейшем культурном центре того времени; Саламанке уступала в ту пору даже парижская Сорбонна. О том, чтобы дать своему старшему сыну прекрасное образование, позаботился отец, преуспевающий торговец тканями. Гонсало Кесада провел в Саламанке десять лет. Сначала, пройдя пятилетний университетский курс, он стал бакалавром, затем получил более высокую ученую степень лиценциата права. Это открыло перед ним двери королевского суда в Гранаде, и молодой юрист быстро пошел в гору. Первые же выигранные им процессы принесли ему известность и знатных клиентов. Впрочем, он обнаружил способности не только юридические знакомство с древними языками и античными авторами вызвало у него желание попробовать и свое перо; как выяснилось, владел он им неплохо. С течением времени Гонсало Хименес мог бы, наверное, достичь самых высоких юридических постов и многократно приумножить И без того немалые отцовские капиталы. Но он потерял их. Более того, он совершенно разорил всех своих ближайших родственников, в том числе и отца, поставив их на порог нищеты. Он проиграл процесс, возбужденный против них городскими властями в то время это было самым обыкновенным делом, обвиняющими родственников Кесады в том, что они использовали для тканей, которые продавали, недоброкачественные краски. И вот тогда, чтобы поправить семейные дела, Гонсало Кесада, образованнейший человек, владеющий многими языками, вместе с двумя младшими братьями отправился за океан, став сначала старшим судьей экспедиции эта должность была предложена ему еще в Испании, а затем, волей судьбы, и ее главой. Педро Фернандес де Луго, старый губернатор Санта-Марты, задумал снарядить экспедицию в глубь материка. Цель ее была ясна Эльдорадо, страна, которой, как полагали, правит человек, каждое утро пудрящий свое тело золотым песком и каждый вечер смывающий его в водах священного озера. К югу от Санта-Марты лежала и другая богатая страна Перу. Именно Кесаде губернатор решил доверить руководство экспедицией. По первоначальному плану ее должен был возглавить сын де Луго Алонсо, но как раз в этот момент, похитив кое-какие из собранных отцом драгоценностей, он бежал в Испанию, предпочтя спокойную и обеспеченную жизнь на родине тяготам и риску поисков Эльдорадо.
Кесада же, как понял губернатор, был наделен почти всеми способностями, какие только требовались, и умением увлечь за собой остальных даром слова, и дальновидностью. Пожалуй, единственное, чего ему не хватало, так того, что он не был профессионалом-военным, но ведь в экспедиции и так немало и солдат, и дворян-воинов. Сначала надо было выбрать путь в глубь материка. Проще всего было бы подняться вверх по течению Магдалены, но губернатор располагал лишь несколькими небольшими судами. На них решено было отправить только часть отряда. Основным же предстоял пеший путь. Однако дельта Магдалены была болотистой и непроходимой. Значит, надо было обойти этот гиблый край стороной: сначала пройти вдоль морского побережья на восток и только потом, когда кончатся трясины и мелкие озера, повернуть на юг и выйти к среднему течению реки, к назначенному месту встречи с судами, чтобы дальше пойти в места еще совершенно не изученные. 5 апреля 1536 года жители Сайга-Марты вышли провожать экспедицию Кесады в поход. Лешие отряды, вооруженные пиками и аркебузами, в боевом порядке выстроились на морском берегу. Весело гарцевали всадники их было семь десятков. Под тяжестью тюков с провиантом и снаряжением сгибались пленные индейцы именно им предстояло нести весь груз. Сначала, как и было намечено, маршрут лежал вдоль побережья Карибского моря. Берег был каменистым, и путь оказался тяжелым. Первые дни похода выдались очень жаркими, испанцы тотчас же начали страдать от жажды. К тому же почти сразу начались нападения индейцев: краснокожие воины появлялись внезапно, осыпая пришельцев градом стрел, и столь же внезапно исчезали. Белые люди, принесшие местным жителям столько зла, не могли рассчитывать здесь на гостеприимство. Но войско упрямо продвигалось вперед. Вскоре оно достигло селения Рамада, откуда ему предстояло повернуть на юг. Отряд испанцев медленно, с огромным трудом продвигался в глубь неизвестной страны. Только через четыре недели утомительного пути Кесада дал своим людям и себе самому небольшой отдых. Они остановились в одном из индейских селений; местные жители встретили их мирно. Здесь испанцы пополнили припасы и привели в порядок снаряжение. Затем отряд двинулся дальше. Теперь продвигаться приходилось сквозь дремучие тропические леса, представляющие собой непроходимое переплетение стволов, веток и лиан. Лес был полон хищных зверей, кишел змеями. Кесада, отобрав наиболее выносливых солдат, вооружил их тяжелыми ножами и топорами; они должны были прорубать дорогу в этой чаше. В отряде появились больные тропической лихорадкой. Продукты были на исходе. Людям пришлось есть ящериц, змей, летучих мышей.
Но 26 июля 1536 года они все-таки вышли на правый берег Магдалены, обогнув, как и было-намечено, ее топкую дельту, и стали дожидаться судов, на которых поднималась вверх по течению другая часть отряда. Однако ждать пришлось долгих два месяца. Вскоре кончились последние остатки еды, в лагере, разбитом на берегу Магдалены, начался голод. К тому же наступил период тропических дождей настоящих водопадов. Когда пришли корабли, выяснилось, что флотилия, которую ждали, попала в страшный шторм. Тогда Педро де Луго снарядил несколько новых судов, но на это потребовалось время... Отряд Кесады двинулся вверх по реке Магдалене, вступив в совершенно неизвестные европейцам земли. Через несколько дней матрос с идущей первой бригантины заметил на берегу какое-то индейское селение. Когда испанцы вошли в него, хижины оказались пустыми заметив корабли, все жители скрылись в лесу.Но на полях вокруг селения в изобилии рос маис, его спелые початки заполняли амбары домов. Экспедиция провела здесь три зимних месяца. Первое время запасов маиса было довольно, и солдаты быстро восстанавливали силы. Когда маис кончился, в отряде вновь начался голод. Теперь последствия его были страшными: ежедневно умирали по нескольку человек, войско Кесады таяло буквально на глазах. Тела умерших сбрасывали в Магдалену, и течение уносило их вниз, в сторону Санта-Марты, откуда начался поход. Кесада послал одну из бригантин вверх по течению Магдалены на разведку. Но три недели спустя судно возвратилось с малоутешительными вестями: впереди, по обеим сторонам реки, был все тот же непроходимый лес. Тогда Кесада решил изменить маршрут. Продолжение прежнего вверх по реке означало бы верную гибель экспедиции. Между тем захваченные испанцами во время редких вылазок индейцы рассказывали о том, что не так уж Далеко отсюда, в горах, живет племя, которое умеет добывать соль. Соль для индейских племен всегда была предметом роскоши, она стоила очень дорого. Племя, которое умеет добывать соль, должно быть очень богатым племенем... В Магдалену, близ селения, где остановился отряд Кесады, впадала река, которую индейцы называли Опон. Воды ее были очень быстрыми, это и навело Кесаду на мысль, что она спускается с гор. В этот момент в его отряде вспыхнул бунт, который давно назревал: Обессиленные люди потребовали немедленного возвращения в Санта-Марту. Кесада подавил бунт всего лишь несколькими спокойными словами настолько, видимо, велики были его власть и авторитет. Он убедил своих людей в том, что путь вниз по реке теперь так же невозможен, как и вверх, бригантины не смогли бы взять всех, а на возвращение сухопутным путем даже у самых выносливых не хватит сил.
Для спасения был только один путь вперед. Кесада отправил вверх по течению Опона несколько лодок. Через несколько дней его люди вернулись и привезли несколько расписных индейских плащей, яркие индейские головные уборы и пленника. Как оказалось, уже на второй день пути они встретили лодку с индейцами, которые при виде пришельцев бросили лодку и скрылись в лесной чаще; в лодке лежала груда пестрых плащей и несколько кусков белой соли. Когда испанцы пристали к берегу, они нашли два пустых дома. Но тут же они подверглись нападению незваных гостей атаковал большой отряд воинов. Однако когда в ход было пущено огнестрельное оружие, индейцам пришлось отступить, оставив победителям пленника. Поднимаясь по реке, испанцы миновали приморскую низменность, и долина Магдалены сузилась, стесненная подступающими к ней северными отрогами Центральной Кордильеры и горами Сьерра-де-Периха. Южнее Восточная Кордильера отступила от восточного берега; но на западном берегу испанцы на протяжении более 400 километров от теснины видели недалекую непрерывную стену Центральной Кордильеры, повышающуюся на этом участке до 5000 метров. Горы вплотную подступили и к восточному берегу Магдалены, и флотилия остановилась перед порогами (попытка преодолеть их закончилась крушением нескольких судов). Пленный индеец, став проводником экспедиции, утверждал, что до земли великого и могучего народа, куда так стремятся испанцы, они дойдут всего за несколько дней пути. Решили идти по берегу, оставив бригантины и больных. Теперь войско Кесады насчитывало менее двухсот человек, располагавших шестьюдесятью лошадьми. Дав своему отряду последний короткий отдых, конкистадор вновь устремился на штурм непроходимой чащи. Когда отряд вышел на каменистые предгорья, идти стало немного легче, но снова, в который уже раз, пришлось урезать дневную порцию маиса на этот раз уже до сорока зерен. Испанцы ели все, что могли: седла, попоны лошадей, свои защитные куртки, подбитые ватой и служившие панцирями от индейских стрел. Однако под угрозой смерти Кесада запрещал убивать лошадей. Когда экспедиция достигла обширного плоскогорья, люди замерли, вглядываясь в развернувшуюся перед ними картину. Один из участников похода в своих мемуарах напишет: Сто шестьдесят шесть христиан, изнуренных, оборванных, подлинных скелетов, увидели перед собой просторные долины, многочисленные селения, легкие дымки очагов и ниточки дорог... Эта страна была хорошо возделана, покрыта полями маиса и картофеля. Муиска-чибчи жили в деревянных или глинобитных домах с очень простой обстановкой. Селения и города их были очень многолюдны. Сильное впечатление на испанцев произвели их деревянные храмы примитивной архитектуры, но крытые золотыми пластинками.
Муиски сами не добывали золота (в их стране не было сколько-нибудь значительных коренных месторождений и россыпей), а получали его от других племен чибчей, главным образом от жителей верхней Магдалены и Кауки, в обмен на изумруды, соль и хлопчатобумажные ткани . В обработке золота они достигли большого искусства. Других металлов, кроме меди, которую они сплавляли с золотом, они почти не применяли, а железа совсем не знали. Как и у,западных чибчей, в их святилищах и могильниках было много изумрудов и золотых изделий. Между их городами были проложены хорошие дороги, мощенные каменными плитами; такие же дороги вели к священным озерам. Первое же открытие, сделанное испанцами, оказалось весьма важным для них индейцы смертельно боялись лошадей. Едва увидев испанца верхом на коне, они в ужасе замирали, закрывали руками лица и не в силах были двинуться с места. Но первые дни похода на юг были мирными, индейцы приветливо встречали пришельцев, хотя им и внушали ужас эти странные животные, несущие на себе людей. В одном из селений произошел первый инцидент. Навстречу испанцам вышла процессия, которую возглавлял какой-то важный индеец в белоснежном плаще; на груди его висела громадная золотая пластина в виде сердца. Судя по всему, обстановка была самой дружественной, испанцев приглашали быть гостями селения. Однако кто-то из солдат тут же решил поживиться он силой снял с одного из индейцев великолепной работы плащ и надел его на себя. Кесада велел тут же повесить виновного, и приговор был приведен в исполнение. Как рассказывали индейцы, всей страной, по которой шли испанцы, правил могущественный вождь Тискесуса. Едва узнав о появлении в его землях белых пришельцев, вождь сразу же увидел в них грозного врага. 28 марта 1537 года произошла первая битва на испанцев напали около шестисот индейских воинов, вооруженных копьями, луками и боевыми дубинками. Но конница, которой располагал Кесада, легко обратила их в бегство. Дальше стычки происходили одна задругой; последняя состоялась совсем рядом с главным городом владений Тискесусы Муекетой. Впоследствии испанцы переиначили это название, и город стал называться Богота. Тискесуса потерпел жестокое поражение. К тому же, по мере продвижения испанцев к его столице, в союз с испанцами вступали те племена, которые он когда-то покорил и которые только ждали случая, чтобы вернуть себе независимость. Тискесусе пришлось бежать в одну из горных крепостей, дорога на Боготу была свободна, и 21 апреля отряд Кесады вступил в столицу страны муисков. Город лежал на дне плоской равнины, окаймленной горными цепями. Тысячи глиняных домов, которые увидели пораженные испанцы, были покрашены в самые разные цвета.
Возможно вы искали - Реферат: Жан-Батист Поклен
Это было фантастическое, ни с чем не сравнимое зрелище. Но город был совершенно пуст, жители его, сохранившие верность своему вождю, ушли в горы. Проведя в Боготе месяц и не найдя никаких сокровищ Тискесуса успел их вывезти, Кесада решил отправиться в горы на поиски изумрудных копий, о которых ему рассказывали индейцы, вступившие с пришельцами в союз. В селении, которое называлось Гуаска, испанцев ждала удивительная встреча. Сначала в лагере, разбитом Кесадой, появились два индейца, с ног до головы увешанных золотыми украшениями; каждый держал в руке по золотой короне изумительно тонкой работы. Бросившись перед Кесадой на землю, индейцы объявили, что испанцев хочет приветствовать их повелитель, великий вождь Гуатавита. Потом пораженные конкистадоры увидели пеструю, фантастическую процессию. Ее возглавляли четверо индейцев, трубивших в огромные морские раковины. Затем появились люди в набедренных повязках. Те, что шли впереди, очищали дорогу от камней, а другие забрасывали ее цветущими ветками. Наконец, окруженные огромной толпой индейцев, появились золотые носилки, в которых полулежал человек, глядящий на белых пришельцев с интересом и без тени страха. Не без удивления Кесада выслушал речь великого Гуатавиты. Он думал, что в стране муисков нет вождя могущественнее и богаче Тискесусы, и ошибся. Вождь Гуатавита был столь же богат и знатен и происходил из рода древних правителей страны муисков. Но дядя Тискесусы уничтожил весь его род и захватил власть; c тех пор у оставшегося в живых Гуатавиты не было большего врага, чем Тискесуса. Гуатавита пригласил Кесаду и его войско в свои владения, которые находились в трех переходах от местечка Гуаска. Кесада не замедлил принять приглашение. Он появился вместе со своим войском во владениях великого Гуатавиты в конце июня 1537 года. Испанцев ждала роскошная встреча, каждый из них получил в подарок великолепные, изящной работы золотые кубки и чаши, украшенные изумрудами, и тонкие плащи. А после обильного угощения Гуатавита пригласил испанцев принять участие в празднике благодарения, который отмечал его народ. Выложенная из смеси глины, соломы и камня геометрически прямая дорога привела гостей и пышную свиту Гуатавиты на берег озера, лежащего на дне чудесной лесной долины. Кесада спросил, как называется озеро, и услышал в ответ, что имя озера, так же, как и имя вождя, Гуатавита. Кесада, его ближайшие офицеры, Гуатавита и его пышная свита разместились на одном из холмов; для всех были поставлены легкие изящные сиденья из дерева, инкрустированного золотом. В честь праздника начались состязания по бегу: по знаку великого вождя несколько молодых девушек бросились бежать вокруг озера, подбадриваемые криками.
Кесада не догадывался о том, что судьба действительно привела его наконец к священному озеру, где купается осыпанный золотым песком человек, которому заочно дали имя Эльдорадо и который владел золотой страной , тоже прозванной Эльдорадо; на самом деле этого человека звали Гуатавита. Освоение страны муисков, открытой Кесадой, продолжалось, и на долю первооткрывателя выпало еще немало тревог и волнений. В одном из сражений с испанцами погиб великий вождь Тискесуса, и в стране наконец воцарился мир. Удалось Кесаде собрать и немалые сокровища. Но в 1539 году в Новой Гранаде появились еще два отряда конкистадоров один, под командой Себастьяна Белалькасара, ближайшего сподвижника Франсиско Писарро, пришел из Перу, а второй из города Коро на Карибском побережье материка; это была экспедиция немецких наемников, отправленная в Новый Свет богатейшим банкирским домом Вельзеров. И хотя Кесада уже провел торжественную церемонию ввода земель муисков во владения испанского короля, отслужив молебен и назвав открытую им страну королевством Новая Гранада, бывшему юристу потребовалось все его дипломатическое мастерство, чтобы избежать столкновения трех отрядов за право владения Боготой и окрестными землями. Ему удалось прийти к соглашению с предводителями отрядов; все вместе они отправились в Испанию, чтобы решить спор в высшей инстанции Совете Индий. И потянулись месяцы и годы бесконечного разбирательства. Кесада привез в Испанию огромную добычу, состоящую из золота и изумрудов; но его враги распространили слух, будто часть добычи он утаил для уменьшения королевской пятины. Потому он не был назначен губернатором Новой Гранады. Ему даже временно запретили въезд туда. И лишь через долгих восемь лет, оправдавшись по всем пунктам обвинений, Гонсало Хименес де Кесада добился признания своих заслуг. Он получил право на собственный герб это была высочайшая королевская милость. Он стал маршалом королевства Новая Гранада. Ему были выплачены значительные денежные суммы. В 1550 году, после одиннадцатилетнего отсутствия, Кесада вернулся в страну, которую все это время не переставал считать своей родиной. Увы, это было грустное возвращение: Новая Гранада изменилась за это время неузнаваемо. Страну наводнила целая армия прибывших из-за океана королевских чиновников, судей, сборщиков податей, торговцев. Новоприбывшие захватывали себе лучшие земли, строили великолепные дворцы, обзаводились сотнями рабов-муисков, заставляя их работать на себя от зари до зари. Число муисков неизмеримо уменьшилось, они погибали от непосильного труда и болезней. Не было уже в живых великого вождя Гуатавиты, который при Кесаде принял крещение и был дружен с вождем белых пришельцев; Гуатавита был убит в 1540 году, почти сразу же после отъезда Кесады, потому что испанцы, заподозрив, что против их власти готовится восстание, решили уничтожить всю индейскую знать.
Конец Гуатавиты был страшен его выволокли на городскую площадь и изрубили на куски- Тогда же погибли и многие другие вожди. Участие в охоте на вождей принимали и братья Кесады. Муиски сотнями бросали селения и уходили в леса. Кесада попытался навести порядок. Он провел перепись индейского населения, упорядочил сборы податей, ограничил произвол королевских судей. В 1568 году Кесада снарядил новую экспедицию на поиски Эльдорадо. Ему было уже около шестидесяти лет. На этот раз Кесада решил искать золотую страну на востоке от Новой Гранады. Вместе с ним вышли в путь пятьсот испанцев, среди них были многие из его старых товарищей участников первого похода и полторы тысячи муисков. Кесада вложил в экспедицию все свои средства и взял в долг значительные суммы. Но его с самого начала преследовали неудачи. Из-за того, что Кесада взял с собой огромный обоз, отряд двигался вперед очень медленно. Потом, когда кончилось плоскогорье, искатели золотой страны оказались в болотах бассейна реки Ориноко. Прибрежные леса были совершенно непроходимы, тучи насекомых превращали их в кромешный ад. Нестерпимая жара, вдруг сменявшаяся тропическими ливнями, была невыносима: как и тридцать два года назад, когда Кесада искал дорогу в страну муисков, люди в его отряде умирали один за другим. Когда он дошел до того места, где в Ориноко впадает река Гуавьяре, в живых остались лишь несколько десятков человек, и в 1572 году Кесада был вынужден повернуть обратно. Кесада так и не нашел Эльдорадо и совершенно разорился. Он вернулся в Богбту, не подозревая о том, что, не найдя легендарную страну, на самом деле возвращается в нее... В трех объемистых томах Кесада подробно, живо и с большой теплотой описал жизнь племен муисков. А другая книга Анналы императора Карла V свидетельствует о том, что он был также умным, проницательным историком. Красноречиво и название третьей: Различия в военном искусстве Старого и Нового Света . Он был человеком большой души один из пунктов оставленного им завещания предписывал всегда держать в том доме, где он умрет, кувшин с холодной водой для любого усталого путника, который окажется возле дома. Этот дом был бедным и жалким. Кесада скрывался в нем от многочисленных кредиторов, потому что и за десять лет он умер в 1579 году не смог вернуть долг, оставшийся после второй экспедиции; он умирал очень одиноким. Но теперь прах его, положенный в бронзовый саркофаг, покоится в главной церкви Боготы одного из красивейших городов в Южной Америке, а имя его горожане чтут как имя основателя.
Ведь это именно он заложил в 1539 году город Санта-Фе-де-Богота ( Богота святой веры ), после того как в огне пожара сгорела старая Богота муисков. Город стал столицей республики Колумбии, что раскинулась на тех землях, которые открыл Гонсало Хименес де Кесада.