Петр I ненавидел льстецов и часто просил говорить о нем самом правду, какой быгорькой она ни была. Однажды в Москве подали ему жалобу на судей-взяточников, ион очень разъярился, сетуя на то, что взятки есть зло и надобно их решительноискоренять. При этом оказался возле Петра генерал-лейтенант Иван ИвановичБутурлин и, услышав грозные и горькие слова Петра, сказал ему:— Ты, государь, гневаешься на взяточников, но ведь пока сам не перестанешь ихбрать, то никогда не истребишь этот порок в своих подданных. Твой примердействует на них сильнее всех твоих указов об истреблении взяток.— Что ты мелешь, Иван? ! — возмутился Петр. — Разве я беру взятки? Как ты смеешьвозводить на меня такую ложь?— Не ложь, а правду, — возразил Петру Бутурлин. — Вот послушай. Только что я стобой, государь, проезжал через Тверь и остановился переночевать в доме узнакомого купца. А его самого дома не оказалось — был он в отъезде. Дома жеосталась его жена с детьми. И случилось, что в день нашего приезда были укупчихи именины и она созвала к себе гостей. Только сели мы за стол, как вошелв дом староста из магистрата и сказал, что городской магистрат определил собщего совета собрать со всех горожан деньги, чтобы утром поднести тебе,государь, подарок, и что по доходам ее мужа надобно ей дать на подарок сторублей.А у нее дома таких денег не оказалось, и она стала старосту просить, чтобыподождал до утра, когда должен был вернуться из поездки ее муж.Однако же староста ждать не мог, потому что было ему велено к ночи все деньгисобрать, и тогда я отдал ей бывшие у меня сто рублей, так как все гости тут жеразбежались по домам, чтоб внести свою долю, как только к ним в дома пожалуютлюди из магистрата.И когда я дал купчихе деньги, то она мне от радости в ноги пала. Вот они какиедобровольные тебе, государь, подарки. Так можешь ли ты от подданных своихтребовать, чтоб не брали они ни взяток, ни подарков? !— Спасибо тебе, Бутурлин, что вразумил меня, — ответил Петр и тут же приказалвсе ранее поднесенные ему подарки возвратить, а впредь категорически воспретилдарить ему что-либо, будь то подношения от частного лица, корпорации илигорода.

Внешность и характер Петра I О внешности Петра писали многие, особенно отмечая его высокий рост. Портретные и скульптурные изображения императора не соответствуют истине, кроме, разве что, шемякинского памятника в Петропавловской крепости, вызывающего споры зрителей. Художник Валентин Серов, посвятивший целый ряд произведений Петру, составил собственное представление об этом государе. Он говорил: «Обидно, что его, этого, в котором не было ни на йоту слащавости, всегда изображают каким-то оперным героем и красавцем. А он был страшный: длинный, на слабых, тоненьких ножках и с такой маленькой, по отношению ко всему туловищу, головкой, что больше должен был походить на какое-то чучело с плохо приставленной головою, чем на живого человека. В лице его был постоянный тик, и он вечно „кроил рожи": мигал, дергал ртом, водил носом и хлопал подбородком. При этом шагал огромными шагами, и все его спутники принуждены были следовать за ним бегом. Воображаю, каким чудовищем казался этот человек иностранцам и как страшен он был тогдашним петербуржцам. Идет такое страшилище, с беспрестанно дергающейся головой... Страшный человек». Действительно, царь был неуравновешен, легко выходил из себя, а то, что лицо его при этом дергалось, возможно, являлось следствием пережитого в детстве потрясения от стрелецкого бунта. Историк В.О. Ключевский отмечал такое свойство государя: «В домашнем быту Петр до конца жизни оставался верен привычкам древнерусского человека, не любил просторных и высоких зал и за границей избегал пышных королевских дворцов. Ему, уроженцу русской безбрежной равнины, было душно среди гор в узкой немецкой долине. Странно одно: выросши на вольном воздухе, привыкнув к простору во всем, он не мог жить в комнате с высоким потолком и, когда попадал в такую, приказывал делать искусственный низкий потолок из полотна. Вероятно, тесная обстановка детства наложила на него эту черту». Петр действовал решительно, напористо, энергично, хотя временами конвульсивно и даже суетливо. В нем сочетались потрясающее трудолюбие и неуемная жажда развлечений. Петр испытывал непреодолимое влечение к знаниям. Его любознательность и живой ум позволили ему составить представление о самых разных областях науки, освоить многие ремесла. Круг его интересов был необъятен — кораблестроение и артиллерия, фортификация и дипломатия, военная наука и механика, медицина, астрономия и многое, многое другое. Русский государь встречался с великими учеными того времени — Г. Лейбницем и И. Ньютоном, а в 1717 году был избран почетным членом Парижской академии наук.