Хлестаков живет по течению, созданному страхом и преклонением перед столичной персоной. Провинция именно так и понимала существо петербургского сановника: важность, заносчивость, грозная властность, высокомерие, снисходительное презрение ко всему нестоличному. Его безудержное вранье, которое в начале продиктовано страхом, а потом наглое фанфаронство от состояния полной приятности после угощения, они воспринимают  как естественное поведение важного чина.